131: Леонид Трауберг и Григорий Козинцев  -  Шинель

Начальный этап советского кино вполне можно назвать "балаганным". Молодые режиссёры напрочь отбрасывали всю старую культуру, уже успевшую к тому времени отравить мировой кинематограф. Отрицание старого привело к внимательному изучению "низовых" культурных слоёв. В результате, практически магистральным направлением первых лет советского кино оказался не "простосоцреализм", а откровенный бурлеск, в диапазоне от Красных Дьяволятt  до Эйзенштейновского Дневника Глумова . Эталон стиля - первый полнометражный советский фильм, гениальные Приключения Мистера Веста в Стране Большевиков . ФЭКС, "Фабрика Эксцентрического Актёра" возник в Петербурге в те бурные годы, и быстро стал одним из ярчайших коллективов авторов. Мне пока что не ясно, было ли прямое влияние на Козинцева и Трауберга идей "группы Кулешова". Внешне эти две команды очень похожи, как по концепциям, так и по исполнению. Но поскольку они возникли практически одновременно, то можно предположить, что схожие идеи просто витали в воздухе.
Манифест ФЭКС выглядит громогласным даже по тем временам:

1) Представление — ритмическое битье по нервам.
2) Высшая точка — трюк.
3) Автор — изобретатель-выдумщик.
4) Актер — механизированное движение, не котурны, а ролики,
не маска, а зажигающийся нос. Игла — не движение, а кривляние, не
мимика, а гримаса, не слово, а выкрик. Зад Шарло нам дороже рук Элеоноры Дузе.
5) Пьеса — нагромождение трюков. Темп 1000 лошадиных сил.
Погони, преследования, бегство. Форма — дивертисмент.
6) Вырастающие горбы, надувающиеся животы, встающие парики
рыжих — начало нового сценического костюма. Основа — беспрерывная трансформация.
7)Гудки, выстрелы, пишущие машинки, свистки, сирены, эксцентрическая музыка. Чечетка — начало нового ритма...
Двойные подошвы американского танцора нам дороже пятисот инструментов "Марииного театра..


В принципе эта шумная декларация очень близка к идеям Кулешова, но только Кулешов выступал скорее как вдумчивый теоретик.

План работы:
1. Точность во времени.
2. Точность в пространстве.
3. Реальность материала.
4. Точность организации. (Спайка элементов между собой и распределение их.)
Что это? Это - кинематография.

Самое интересное - ФЭКС сразу заинтересовались Гоголем. Их первый спектакль - "Женитьба", был объявлен - "«электрификацией» великого писателя. Из. двухактной комедии «Женитьба» была превращена в «трюк в трех актах». В спектакль были включены оперетта, мелодрама, фарс, цирк, варьете, гиньоль, американские танцы.
Судя по описанию, это было то-то вроде спектакля из "12 Стульев:)))
Затем они пришли в кино, сняв несколько сверхэксцентричных вещей. Я пока только начал выкачивать ранний период ФЭКС, так что ничего конкретного сказать не могу, но то что просмотрел явно напоминает раннего Кулешова и дебют Эйзенштейна.

В 26-ом ФЭКС снова обращается к Гоголю. И в итоге получается один из лучших фильмов советского кино.
Дело в том, что Козинцев и Трауберг к тому времени сблизились с другой формалистской группой, "ОПОЯЗ", "Обществом Изучения Поэтического Языка". Судя по всему именно сам Тынянов вышел на них и предложил экранизировать повесть Гоголя. Вернее провести эксперимент по деконструкции текста. Опоязы, кстати, относились к Гоголю с огромным интересом. Одним из центральных текстов движения была статья Бориса Эйхенбаума Как Сделана "Шинель" Гоголя. Текст действительно замечательный, очень внимательно изучающий поэтику Гоголевской речи и одновременно убедительно полемизирующий с наивно-гуманистической трактовкой данной повести.
У нас принято понимать это место буквально — художественный прием, превращающий комическую новеллу в гротеск и подготовляющий „фантастическую“ концовку, принят за искреннее вмешательство „души“. Если такой обман есть „торжество искусства“, по выражению Карамзина, если наивность зрителя бывает мила, то для науки такая наивность — совсем не торжество, потому что обнаруживает ее беспомощность. Этим толкованием разрушается вся структура „Шинели“, весь ее художественный замысел. Исходя из основного положения — что ни одна фраза художественного произведения не может быть сама по себе простым „отражением“ личных чувств автора, а всегда есть построение и игра, мы не можем и не имеем никакого права видеть в подобном отрывке что-либо другое, кроме определенного художественного приема. Обычная манера отожествлять какое-нибудь отдельное суждение с психологическим содержанием авторской души есть ложный для науки путь. В этом смысле душа художника как человека, переживающего те или другие настроения, всегда остается и должна оставаться за пределами его создания. Художественное произведение есть всегда нечто сделанное, оформленное, придуманное — не только искусное но и искусственное в хорошем смысле этого слова; и потому в нём нет и не может быть места отражению душевной эмпирики.

В результате, сотрудничество режиссёров "фэксов" Козинцева и Трауберга с сценаристом "опоязом" Юрием Тыняновым привело к появлению действительно формалистского фильма. Текст Гоголя подвергся безжалостной переделке, собственно "Шинель" начинается минуты с двадцатой-тридцатой, до этого идёт ярчайшая и завораживающая отсебятина. Финал так-же обрывается на смерти Башмачкина и полностью игнорирует дальнейшую "мистическую" линию с призраком, ворующим шинели. Это тоже клоунада, но клоунада по настоящему жуткая.
Визуальный ряд, созданный гениальным оператором Москвиным, можно сравнить только с лучшими образцами немецкого экспрессионизма. Критики это заметили сразу, и тут же обвинили "фэксов" в подражательности немцам. Ответ Козинцева звучит столь внятным и логичным, что его вполне можно признать за правду:

Петроград января 1920 года, по словам Козинцева, «ошеломил <...> огромностью и пустотой. После обсаженных каштанами уютных улочек Киева дворцы, проспекты, громады зданий—все казалось неживым, невозможным для жилья. Все было покинуто людьми, осталась только память». Это ощущение города сохранилось в душе Козинцева, оно отражено в «Шинели»—продолжая многолетний спор с обвинениями в подражании немецким экспрессионистам, Козинцев написал: «Кадры “Шинели”— снежная площадь, пересеченная тенями грабителей, Акакий Акакиевич, зовущий о помощи среди безлюдья черных проспектов, грозные памятники в метели, кривые тени печных труб на стене коморки—были навеяны не немецкими фильмами, а самой реальностью

Результат: По настоящему необычное и талантливое кино, резко выпадающее за рамки представлений о советском киноискусстве. На мой взгляд этот фильм, так же как и сценарные работы лидера ОПОЯЗ Виктора Шкловского к шедевру Кулешова  По Закону и к удивительной Третьей Мещанской  Роома наглядно показывает, что в раннем советском искусстве был невероятный потенциал, затем уничтоженный в угоду зародившемуся "соцреализму". Тынянов замечательно описал, как на этот фильм отреагировала критика:
Радостная травля ленинградской критики на этот раз превысила все, что может представить себе средний читатель. Один критик назвал меня безграмотным наглецом, а фэксов, если не ошибаюсь, предлагал вычистить железной метлой. Это был, кажется, студент вуза, в котором я преподавал. Теперь он хвалит. Другой рассуждал так: классики — народное достояние; сценарист и режиссеры исказили классика — прокуратура должна их привлечь за расхищение народного достояния. Где этот критик сейчас, я не знаю, но боюсь, что он жив и работает.


И затем к этому фильму отношение было соответствующим. В на удивление мудацкой книге Лебедева Очерки истории кино СССР Немое кино: 1918 – 1934 годы про этот шедевр было написанно следующее:

Из гуманистической повести о маленьком, обиженном жизнью человеке «Шинель» Гоголя была превращена в гофманианский гротеск. (...)
Сценарий Тынянова и был такой «вольной игрой» с материалом великого реалиста. Честного и трудолюбивого Башмачкина, каким он изображен у Гоголя, Тынянов превратил в человека, способного на подлог, ухаживающего за девицей из номеров и т. д. Такому Башмачкину зритель не мог симпатизировать. Идея гоголевского шедевра грубо искажалась.

Я ненавижу советских критиков. Ненавижу.
Резюме: Шедевр.

32: Олег Ковалов  - ФЭКС

Я ожидал большего.
Сама тема просто отличная, Олег Ковалов тоже человек заслуженный. Кинокритик и кинотеоретик, автор парочки очень странных "монтажных фильмов", временами напоминающих чуть ли не эксперименты Дебижева. Его Сады Скорпиона мне в своё время понравились. И по крайней мере пару его работ точно нужно посмотреть, я имею в виду новый монтаж  Да Здравствует Мексика! Эйзенштейна и стилизованную под экспрессионизм Тёмная Ночь. Последний пока нигде найти не могу:(
Тем не менее на деле получился чуть ли не выпуск какой-то передачи по каналу Культура. Ковалов снова показал себя хорошим спецом по монтажным кино коллажам, начальные кадры с наступлением прусских войск из Нового Вавилона вообще отличны, но... Но в зачитанном за кадром тексте всё оказалось как то блекло. Множество интереснейших фактов было проигнорировано, а то что всё же сказали можно легко найти в самом интернете. К тому же находка Ковалова с озвучкой движений из показанных фрагментов немых фильмов мне лично показалась глупой. Хотя и эксцентричной. В итоге я смотрел этот фильм скорее как подборку кадров из пока не просмотренных фильмов "ФЭКС". В этом плане удалось найти кое-что новое. Не более.

133: Джозеф Мавра  - Девушки в Цепях

Для адекватной оценки этого запредельного ужаса достаточно упомянуть главного человека, без которого ЭТО не было бы снято. Я не имею в виду "режиссёра", тем более что режиссёрской работой здесь и не пахнет. Зато у фильма великий продюссер, сам Джордж Вейс.
Эта титаническая личность в пятидесятые-шестидесятые занималась тем, что ваяла дешёвую эротику, стилизованную под научно-популярные фильмы. Место в истории он себе застолбил, дав денег на Глен или Гленда  Эдварда нашего Вуда. В замечательном, но не очень реалистичным и исторически точном фильма Тима Бартона Эд Вуд  мистер Вейс был изображён грубым и циничным мужланом. Очень может быть, что так и есть, вот только Бартон как то не упомянул странный факт, Вейс не только спродюссировал Глена\Гленду, он там ещё и снялся. Именно продюссер играет тело покончившего с собой транссексуала. Во первых он там выглядит совсем не похожим на персонажа Мика Стара, во вторых - у человека снявшегося в таком виде тараканов в черепной коробке как минимум не меньше чем у самого Эдварда Вуда младшего:) Кстати, он ещё жив. И в 95 спродюссировал ещё один фильм, с прекрасным названием Гитлер Украл Мои Идеи . Удивительный человек.
Что касается Девушек в Цепях, то они хоть и сняты уже в шестидесятые, но по сути ничем принципиальным не отличаются от "шедевров" Вуда. Первую половину фильма нам в основном показывают съёмки ночной жизни городов, идущие фоном для долгих и невнятных рассуждений о лесбиянках. Постепенно нам начинают показывать и самих лесбиянок (которых даже не играют, игрой это назвать невозможно, просто лениво пытаются изобразить несколько барышень). Жизнь лесбиянок состоит из вялого секса и не менее вялого насилия, и то и другое явно подчинено главной творческой задаче - показать сиськи зрителю. Пару раз актрисы столь рассщедрились, что показали даже задницу. Где-то ко второй половине фильм окончательно превратился в абсолютный абсурд, градус которого который только подчёркивает "научность" данного шедевра. Я лично сломался на моменте, когда лесбиянки путём голосования решали, нужно ли проводить ритуал по инициации новобранки,и затем эту самую новенькую долго били всей тусовкой. И вроде ещё что-то с ней проделывали...
Финал, с сообщением о том, что лесбиянство успешно лечится, я выслушал в состоянии близком к полной прострации. Короче: лепота. То, что доктор прописал, такие фильмы идеально скрашивают вечер.

134: Фил Маллой - 10 Заповедей -2. Не Богохульствуй

Первый мультфильм Маллоя, который я сел и внимательно посмотрел, до этого меня как то отталкивала излишняя на первый взгляд радикальность формы. Я вообще-то совсем не люблю постдиснеевскую эстетику, но мультфильмы Фила от неё ушли уж очень далеко. Его персонажи словно нарисованы грязью, силуэты человекоподобных существ, с выпирающами зубами и половыми органами. Чистая материя. Именно этот беспощадный взгляд на человека как вид и выделяет мультфильмы Маллоя из прочих "эпатажных" авторов.

Итак, есть бог. и есть люди. Люди поклоняются высшей силе, высшая сида людей попросту игнорирует. Человек, уставший переживать порывы холодного ветра, насылаемого богом, идёт в церковь и снимает с неё крест, из которого делает раму для окна. На место креста он ставит на купол церкви корабль. Люди, увидев это, судят его казнят на костре. Но бог тут - это не духовная сила, это такой же слабоумный идиот как и все. И его действия не являются ни наказанием, ни спасением, он просто в буквальном смысле мочится на землю. И то, что в результате начинается потоп, от которого спасается лишь "еретик", вовсе не выглядит как некая мораль. В мире, который рисует Маллой, всё случайность.
Работа спорная, но интересная.

135: Фил Маллой -  10 Заповедей - 1. Не сотвори себе кумира

Второй мультфильм, по настоящему зацепивший.

Сама история выглядит как притча. Человек привязан к креслу. Он сидит перед пианино. Единственное, что он может делать - это биться головой о клавиши. День за днём, месяц за месяцем, год за годом он разбивает свой нос о пианино, читая нотную азбуку с музыкой Моцарта.Около его дома что-то происходит, но он продолжает разбивать лицо, пока в его воображении не возникает музыка. И эта музыка столь прекрасна, что поднимает его куда-то наверх и привлекает к нему внимание ангелов. А вслед за ангелами на него смотрит бог. Бог, создавший эти схематические комки грязи по своему образу и подобию...
Бог карающий импульсивно, так как в нём тоже нет сознания.

Этот мультфильм даже нельзя назвать богохульством. Скорее жуткой иллюстрацией к тому. чем на самом деле является искусство.