Raimonds Krumgolds (pamupe_cc) wrote,
Raimonds Krumgolds
pamupe_cc

Categories:

Заготовки (23.03)/Город соN (25/27/29.03)/Sustainability (30.03)/Bile (03.04)/Доклад (04.04)


Заготовки (23.03)

Берег моря

Пламя под камнем

Два предмета
Которые можно заточить
В символические ножи
Ложка с руническим узором
Случайно попавшая мне в руки
В одно из прошедших равноденствий
И бронзовый сувенир
Двойной топор
Жуткий символ древней религии
Где жертв разрывали заживо
Словно запечатанный
Надписями для туристов

Раскаляю ложку
Сгибаю края
Захватывая лист омелы
Между металлом
Получилось нечто
Похожее на импровизированный seax
С одной стороной
Пригодной для заточки
Пытаюсь срубить надписи с бронзы
Две маленькие легко сходят
Но глубокая надпись на лезвии
Сопротивляется
Пока предмет на раскалывается на части
Потеряв любое практическое значение

Теперь это только символ
Диониса/Загрея
Разорванного титанами
Бога экстаза и опьянения
Силы
К которой я всегда испытывал интерес
Но никогда не считал себе близкой
Помня
Что происходит
Когда он входит в город

Город соN (25/27/29.03)

Внезапно задумался о том, что был не прав, считая что в моем прошлом не было войн. Были же две попытки восстания, с маршем на Ригу, хотя их сразу подавили. Закрыл глаза, вспоминая как попал в плен при попытке форсировать Даугаву. На берегу горел наш единственный бтр, стрелять было уже нечем и я с злостью и бессилием смотрел на приближавшегося противника.

Открыл глаза уже в реальности, где был не плен а арест. Минуту ошеломлённо смотрел в потолок, пытаясь понять, какое из воспоминаний ложное.

***

Снова шёл по центру Даугавпилса. С улицы Ригас в парк Дубровина через центральную площадь. Показывая дорогу случайным прохожим, пенсионеру с внучкой. Они тоже идут в подземный некрополис, построенный в этом варианте Города на месте вечного огня. Я собираюсь придти туда, спуститься по ступеням в темноту и оставить на мраморе листья омелы. Вдруг понимаю, что забыл их дома и мне нечего дать мёртвым. Времени мало, завтра мы улетаем обратно в Англию. Иду на остановку первого трамвая, он едет до дома. Квартиры на Химии, давно проданной в реальности.
Только возле поликлинники трамвай внезапно поворачивает направо, в незнакомый мне район. Дома маленькие и светлые. Старые, но в хорошем состоянии. Кондуктор оказывается экскурсоводом и начинает рассказывать историю этого места. Мельком упоминает гетто, в реальности бывшее совсем в другом месте, но в основном речь идёт о некой писательнице, переехавшей сюда из Москвы в двадцатые годы. Запомнил имя, Галина, фамилия начиналась на Н.
Экскурсовод начинает читать вслух письмо с описанием района. Меня поражает красота и точность языка, хотя проснувшись я не смог вспомнить ни слова.

Только записав воспоминания о сне я вдруг понял, что этот район, в этом самом месте и с идентичной архитектурой я уже видел недавно. Да и лист омелы пришёл из сна о полёте и медном ноже. Город соN словно кристализуется, сплетаясь в общие для разных снов улицы, обрастая ложными воспоминаниями о прошлом.
Из записанных за последние годы фрагментов уже можно нарисовать карту.

***

Собираемся на квартире брата. Здесь она больше чем в реальности.
Вся семья молча сидит за столом. Атмосфера довольно мрачная, словно предстоит неприятный разговор.
Брат в другой комнате. Иду к нему, останавливаюсь возле шкафа с очень скромной коллекцией фильмов и музыки, всего десяток изданий. Он показывает мне последнее приобретение. Лимитированный сборник некого российского лейбла, большая коробка с аудиокассетами. Мне очень нравится оформление, но представленные группы либо незнакомы, либо неинтересны.

Sustainability (30.03)

Алёна пытается придумать сюжет для картины, которую нужно подготовить для выставки. Обычно она рисует интуитивно, но здесь заранее обозначена тема, sustainability, и необходимость предварительного планирования всё усложняет. Пытаюсь помочь, но мне приходят в голову предельно дурацкие идеи вроде раскачивающегося на ветке барсука.
Прохожу на работе мимо окна, краем глаза замечаю кадр, буквально воплотивший для меня нужное понятие. На одной из наших железных статуй, похожей на немолодую женщину робота, сидит сорока.
Посылаю фото. Затем понимаю, что без объяснения фотография выглядит скорее кодом, никто кроме меня самого не поймет это значение. Просто на дереве рядом уже распустились белые цветы. Центральная часть уже занята большим гнездом, которое они второй год строят, сделав нечто вроде шара с многочисленными дырами. Внутри уже засела самка, есть все шансы на потомство в этом году.

И под деревом статуя с гордым отцом на макушке.

Bile (03.04)

Лисёнок сбит прямо напротив дома. Судя по дорожке из крови на асфальте его откинуло на полметра, под большую берёзу.
Самка. Совсем маленькая. Давно боялся за неё, она часто бегала перед машинами. Пока я смотрел, другая лиса бегала по тротуару. Ещё две злобно дрались в соседнем дворе.
Оставляю кровь на белой коре. Уезжаю. Обычно в такие поездки я выключаю музыку, но сейчас звучит крик "See the Black Sun rise / From the Solar Lodge" идеально соответствующий этой ночи.
Берёза никогда не упоминалась кельтами как bile, священное дерево. Хотя именно с неё начинался огамический алфавит. Зато тис, завершающий ряд, входил в пять священных деревьев Ирландии. Прямо на окраине нашего города стоит огромный доримский форт железного века, одно из кельтских укреплений построенных над неолитическими шахтами, откуда тысячелетия назад добывался кремень. Над входом в одну из засыпанных шахт растёт тис. Огромный и внешне старый, возможно оставшийся ещё с тех времён. Недавно его пытались срубить, как опасный для туристов и пасущихся внутри форта диких пони. Идиотское решение остановили целой кампанией протеста. Теперь он просто огорожен длинным, но невысоким забором, вне досягаемости для посетителей и голодных животных, которые могут отравится. Я легко находил его днём. Ночью всё превратилось в лабиринт из кустов и старых защитных валов. Спугнул пару пони спавших вдали от табуна. Дико устал, но нашёл. Старое дерево в невероятно старом месте. Защищённое на обозримое будущее.

Пусть оно примет её.

Доклад (04.04)


Мы едем в Город. Сперва идём из леса, затем садимся на трамвай. Говорим о прошлом. Вернее я рассказываю о Партии, пытаюсь найти старые фотографии упомянутых в беседе людей, сравнить с нынешним. В трамвае оказывается одна из околопартийных девушек, очень добрая. Она обнимает нас, но без тени сексуального намёка, просто встреча старых друзей говорящих о прошлом.
Пересадка среди заснеженного поля. В другом трамвае должен быть старый знакомый, помощник депутата Европарламента. Мне нужно передать ему что то важное. Но его нет, нужно ехать дальше в город, в правительство. Продолжаю искать фотографии, их нигде нет. Всё удалено. Трамвай выходит из лесов и полей на Химии. Остановка. Вспоминаю жившего тут партийца, давно умершего и здесь, и в реальности. Почему то помню что тут жил и другой друг, в реальности до его старого дома ещё пара остановок. И в реальности он, в отличии от меня, не эмигрировал. Но в пространстве сна я тосковал о них.
Доехали до центра. Правительство находится в старом здании университета. Раздеваюсь, иду искать тех, с кем боролся и кого до сих пор не люблю, но кому нужно сообщить нечто очень важное. Хотя сама необходимость говорить с ними внушает отвращение. Репетирую начало. Я был вашим врагом но сейчас...
Говорить это некому. В аудиториях и тёмных коридорах бродят странные люди в ушанках, нет никого из тех, кого ищу.
Захожу в пустую комнату, нахожу скамью и проваливаюсь в сон во сне.

Проснувшись, долго пытался вспомнить, с кем шёл по лесу и что должен был сказать. Осталось только смутное ощущение, что эта речь, если бы её произнёс, была бы предательством.
Tags: coil, Даугавпилс, сны, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments